Синоним к слову смыслообразование

• О нас
• Словарь антонимов
• Словарь паронимов
• Словарь ударений
• Словарь морфологии
• Словари
• Регистрация
• Вход

Можно найти больше синонимов, нажимая на слова.

Частое повторение одинаковых слов (тавтология) делает речь скучной и однообразной. Спасти положение могут синонимы. Это слова, близкие по смыслу, но разные по звучанию. Используйте их, и ваши тексты станут ярче.

Если вам нужно подобрать синонимы к слову «смыслообразование», вы попали по адресу. Мы постарались собрать все близкие по значению слова и словосочетания на этой странице и сделать доступными для использования. В русском языке в качестве синонимов к слову чаще всего используются: образование, смыслосозидание, смыслопорождение. Всего в словаре 3 синонимов.

Слово «смыслообразование» имеет как синонимы, так и антонимы. Они диаметрально противоположны по значению, но относятся к той же лексической группе и выполняют похожие функции в предложении.

Если вы часто ищите, чем заменить слово, добавьте synonyms.su в закладки. Это поможет сэкономить время и силы, избежать нелепых ошибок.

Рейтинг слова «смыслообразование» :
00

Страница обновлена: 27.07.2019

Другие слова на букву с

Синонимы к словам и словосочетаниям на букву:

• Средняя частота слова «смыслообразование» 42. Количество букв: 17.
• Искалась форма слова «смыслообразование»
• Поиск «смыслообразование» занял 0.009 сек.
• Добавьте synonyms.su в закладки ( нажав Ctrl+D ), чтобы найти Синонимы.

Вверх ↑

Каким словом можно заменить слово смыслообразование?

Используя наш сервис, вы сможете без утраты лексического значения подобрать синонимы и сходные по смыслу речевые выражения к слову «смыслообразование».

На сайте представлена крупнейшая база, благодаря чему можно легко заменить «смыслообразование» стилистически нейтральным синонимом.

Чтобы найти больше вариантов для замены устаревших, разговорных или часто используемых слов к «смыслообразование» можно воспользоваться интерактивным поиском.

ТЕКСТ (от лат. textus — ткань, сплетение, соединение) — объединенная смысловой связью последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связность, целостность, завершенность и др. В семиотике Т. рассматривается как осмысленная последовательность любых знаков. С этих позиций Т. признается не только словесное произведение, но и произведение музыки, живописи, архитектуры и т.д.

В языкознании Т. — это последовательность вербальных (словесных) знаков, представляющая собой снятый момент языкотворческого процесса, зафиксированный в виде конкретного произведения в соответствии со стилистическими нормами данной разновидности языка; произведения, имеющего заголовок, завершенного по отношению к содержанию этого заголовка, состоящего из взаимообусловленных частей и обладающего целенаправленностью и прагматической установкой. Лингвистические параметры Т. описываются посредством текстовых категорий (см.) — общих и существенных признаков, свойственных как всем типам Т., так и каждому Т. в отдельности.

Наиболее распространены три понимания термина «Т.»: 1) как единицы высшего уровня языковой системы (узколингвистический аспект); 2) как единицы речи, результата речевой деятельности; 3) как единицы общения, обладающей относительной смысловой завершенностью. Эти трактовки понятия «Т.» обусловливают различение терминов (и соответствующих понятий) «текст» (высказывание) как собственно языковой феномен и «целый текст», произведение с присущими ему свойствами, отличающими его от единиц и уровней языковой системы. Такими отличительными свойствами являются функционально-коммуникативные качества, проявляющиеся в реальных актах общения.

Понимание Т. как уровня языковой системы соответствует грамматическому подходу, который заключается в анализе реализации логических законов развития мысли и взаимосвязи высказываний. Именно с этих позиций Т. изучается грамматикой текста, в рамках которой описываются различные типы внутритекстовых связей (формально-грамматические, логические, импликативные и др.), а также средства их реализации (повторы, дейктические единицы, служебные слова, акцентные выделения, интонация, распределение тематических и рематических элементов в предложении и др.).

Однако описание лишь формально-грамматической структуры Т. не объясняет многих его существенных признаков, прежде всего коммуникативных и смысловых. Критические замечания «в адрес» грамматики текста высказывают многие представители коммуникативных направлений лингвистики, в которых под Т. понимается речевое произведение, концептуально обусловленное и коммуникативно ориентированное в рамках определенной сферы общения, имеющее информативно-смысловую и прагматическую сущность. См.: «Структуре содержания не может соответствовать ни структура языковых средств внутри предложения, ни структура на уровне соотношения межфразовых единств, отражающих внешнюю организацию текста… Так как текст — это такое образование, где внешняя форма обязательно переходит во внутреннюю форму, которую составляет целостный образ содержания, то этот переход и является наиболее характерным внутренним свойством текста» (А.И. Новиков); «Учет грамматических форм связей высказываний и других текстовых единиц оказывается недостаточным для анализа целого текста (произведения)… Выход за пределы отдельного высказывания в целый текст сопряжен с качественно иным подходом к тексту, когда интралингвистического контекста (как и одних языковых знаний) недостаточно для объяснения многих существенных сторон изучаемого феномена, когда необходим выход в широкий экстралингвистический контекст» (М.Н. Кожина).

В семантике текста акцентируется его информационно-смысловая основа, соотнесенность Т. с денотатом. Кроме того, Т. как необходимый элемент любого акта вербальной коммуникации рассматривается в качестве объекта, сопряженного с автором и реципиентом. Соответственно семантика Т. включает содержание Т. (в аспекте автор — текст) и смысл Т. (в аспекте текст — реципиент). Содержание Т. определяется автором и представляет собой результат объективации фрагмента действительности средствами языка. Наличие содержания в Т. — фундаментальное свойство языка, обусловленное мышлением. Смысл Т. определяется (смыслообразование осуществляется) при взаимодействии Т. с реципиентом благодаря проявлению в нем мыслительных категорий речемыслительной деятельности, репрезентированных средствами языка. Однако понимание смысла текстовой единицы возможно лишь в вербальном контексте целого Т., поскольку темы фрагментов (единиц) Т. всегда выступают в роли подтем, микротем, развивающих общую тему целого Т. Отсюда идет различение традиционного понятия «Т.» и коммуникативного — «целый Т.», актуального для стилистики.

В стилистике целого текста, а именно функц. стилистике, Т. соотносится с его экстралингвистической основой (сферой общения, жанром и др.), выявляются коммуникативная целесообразность использования языковых ресурсов в той или иной сфере и ситуации общения, соответствие их целевой установке говорящего и т.п., иначе говоря, осуществляется выход во внешнюю среду, вплоть до широкого социокультурного контекста, за рамки языковой системы. Данный подход предполагает, что Т. 1) выступает универсальной формой коммуникации, т.е. способен осуществлять речевое взаимодействие между автором и адресатом; 2) является речевым произведением, а не языковой единицей высшего уровня; 3) всегда имеет концепт (см.), т.е. идею, отражающую авторский замысел и формирующую целостность произведения; 4) представляет собой речевую систему, свойственную определенной сфере общения; 5) всегда ориентирован на адресата (даже если им является сам автор); 6) несет информацию (смысл); 7) обладает прагматическим эффектом (эффектом воздействия).

Функц. стилистика исследует целые Т. и их стилевую типологию, причем анализирует их в единстве поверхностной, формально-грамматической, и содержательно-коммуникативной, обусловленной экстралингвистически, сторон. Целый Т. характеризуется свойствами, качественно отличающими его от единиц языковой системы, поскольку лишь целый Т. (произведение) может полностью выразить авторский замысел, концепцию, т.е. обладает смыслом, несводимым к сумме значений составляющих его языковых единиц. Т. способен к смысловому приращению, которое обусловлено функционированием речевого произведения в социокультурном контексте. Поэтому целый Т. перестает быть чисто лингвистическим феноменом, «перерастая» в нечто большее и более сложное, в частности в явление культуры. Именно в целом Т. находят отражение структура речевого акта и признаки взаимодействия коммуникантов. Наконец, лишь целому Т. (произведению в целом) свойственна особая системная организация (обусловленная его экстралингвистической основой), которой не обладает отдельное высказывание-предложение, тем более единицы дотекстовых уровней. Причем эта системная организация целого Т. проявляется в композиционно-содержательной его форме и пронизывает всю текстовую ткань произведения (см. Речевая системность функционального стиля).

Всех перечисленных качеств нет у Т. как уровня языковой системы, они характеризуют лишь целое произведение и могут быть осмыслены исключительно в аспекте целого Т. или типологии текстов. Кроме того, перечисленные признаки являются функц.-стилистическими, т.е. обусловливают стилевую специфику речевого произведения. В качестве критериев определения целого Т. как явления реальной коммуникации рассматриваются семантический, коммуникативно-информативный, функц.-стилистический, опирающиеся на комплексный экстралингвистический анализ, предполагающий выход за пределы собственно лингвистической науки в область смежных дисциплин (философию, социологию, психологию, культурологию, науковедение, литературоведение и др.). При этом объединяющим началом многоаспектного исследования Т. является человек в различных сферах его деятельности и социокультурной среды. Обращение к Т. как целому (произведению) предопределяет осмысление его семантико-содержательной стороны (см. Смысловая структура, или смысл, текста), а также таких его коммуникативных параметров, как замысел, концепция, цель общения, фонд знаний, субъект речи, адресат и др., а на поверхностном уровне — текстовая организация, композиция (см.), принципы и приемы развертывания (см. Развернутые вариативные повторы, РВП). Все эти параметры определяют качественное своеобразие, специфику целого Т. как единицы коммуникации.

При имеющемся многообразии подходов к пониманию феномена Т. одним из его главных, инвариантных свойств признается системность, которая обусловливается наличием структуры, иерархичности, целостности и взаимосвязи со средой.

Структура Т. — это форма существования его содержания, которой свойственны определенность, упорядоченность, членимость и целостность. Два последних признака диалектически взаимосвязаны: будучи построенным из отдельных единиц — сверхфразовых единств, сложных синтаксических целых (см.), абзацев (см.), микротекстов (см), коммуникативных блоков (см.), — Т. тем не менее сохраняет коммуникативное и смысловое единство. Наряду с этим Т. характеризуется единством внешней и внутренней формы, причем внутренняя форма является доминирующей, поскольку она является тем фундаментом, на котором строится Т. Внутренняя форма управляет на уровне замысла процессом порождения Т. и тем самым организует его внешнюю форму, т.е. распределение слов, связь предложений, объединение отрезков текста в целое.

Иерархичность Т. обусловлена иерархией заложенных в нем неравнозначных коммуникативных программ, т.е. мотивов и целей порождения речевого сообщения. Предмет сообщения подчиняется цели (основному коммуникативному намерению автора), порождающей и организующей Т. Основной замысел (концепция) сообщения выражается в опорных смысловых узлах Т. (фактах, ключевых словах и др.), образующих логико-фактологическую цепочку как смысловой стержень Т. Подчиненные коммуникативные программы соотносятся с вторичной информацией Т. (Т.М. Дридзе).

Под средой Т. понимается социально-культурный контекст, в котором функционирует речевое произведение. Именно в среде Т. приобретает свойства не только лингвистического, но и социально-культурного феномена, обогащается новыми смыслами и, вследствие интерпретации и реинтерпретации, получает способность к саморазвитию. Контакты Т. и среды проявляются в различных формах воздействия среды на Т. и воздействия Т. на среду, так как последний, будучи явлением не только лингвистическим, но и экстралингвистическим, самим фактом своего существования так или иначе изменяет окружающую действительность.

Проблема связи Т. и среды разрабатывается прежде всего применительно к худож. произведениям в рамках литературоведения, семиотики, культурологии и поэтики, где среда определяется как культурная и историческая эпоха написания Т., картина мира, созданная в произведении, общность эстетического языка автора и читателя (Ю.М. Лотман). В последнее время особую актуальность получила проблема межтекстовых связей, или «текстов в тексте» (см. Интертекстуальность).

Ввиду сложности и многоаспектности понятия «Т.» неоднозначно решается вопрос о типологии текстов. В основу классификации обычно кладутся лингвистические и экстралингвистические, объективные и субъективные факторы текстообразования и восприятия. Наиболее распространенной является классификация Т. по жанрово-стилистической принадлежности (художественные, научные, публицистические, деловые, разговорные с дальнейшим разграничением центральных и периферийных жанров — см. Жанр литературный). В.В. Одинцов в дополнение к традиционной классификации различает среди текстов массовой коммуникации информационные и агитационные (убеждающие) по преобладанию в них рационально-логических или эмоционально-риторических структур. Г.Я. Солганик дифференцирует Т. в зависимости от характера их построения (от 1-го, 2-го или 3-го лица), характера передачи чужой речи, количества участников коммуникации (монолог, диалог, полилог), функц.-смыслового назначения (тексты-описания, тексты-повествования, тексты-рассуждения), типа связей между предложениями (тексты с цепными, параллельными или присоединительными связями). Другие исследователи классифицируют Т. по тематике (С.И. Гиндин, И.Я. Чернухина), по способу выражения информации (Л.И. Лосева), по характеру интерпртеации (А.А. Реформатский, Ю.А. Сорокин) и т.д.

Дискуссионным является вопрос о текстовом статусе разг. диалога. Одни исследователи избегают использования термина «Т.» в отношении произведений устной спонтанной речи, отмечая отсутствие в них тематической целостности, жанровую неопределенность, принципиальную невозможность замысла, непредсказуемость развертывания и т.п. В этом случае для наименования разг. диалогов используются понятия «устный коммуникат», «диалогическое единство», «дискурс», «текстоид» (Н.А. Купина, О.Б. Сиротинина, М.А. Кормилицына). Другие авторы выделяют в разг. диалоге текстовые и нетекстовые участки (М.В. Китайгородская, Н.Н. Розанова). Третьи считают спонтанный диалог текстовой структурой особого типа, обладающей коммуникативно-событийной, прагматической и динамической интегративностью (И.Н. Борисова, Т.В. Матвеева).

В задачи стилистического исследования Т. входит изучение принципов построения и речевой организации Т. в конкретной коммуникативной сфере; выявление структурно-стилистических возможностей речевых произведений, композиционно-стилистических типов и форм, а также конструктивных приемов и функционирования в речи языковых средств. В практическом отношении стилистика текста призвана способствовать, во-первых, полному и глубокому пониманию речевого произведения; во-вторых, развитию и совершенствованию культурно-речевых навыков и умений посредством указания путей и способов конструирования Т., принадлежащих различным функц. стилям.

Лит.: Поспелов Н.С. Проблема сложного синтаксического целого в современном русском языке, «Уч. Зап. МГУ. Труды каф. рус. яз.», 1948. Вып. 137. Кн. 2; Лотман Ю.М. Структура художественного текста. — М., 1970; Его же: Текст и функция // Лотман Ю.М. Избранные статьи. Т. 1. -Таллин, 1992; Солганик Г.Я. Синтаксическая стилистика. — М., 1973; Его же: Стилистика текста. — М., 1997; Колшанский Г.В. Текст как единица коммуникации // Проблемы общего и германского языкознания. — М., 1978; Его же: Контекстная семантика. — М., 1980; Его же: Лингвистика текста. — М., 1978; Кухаренко В.А. Интерпретация текста. — Л., 1979; Леонтьев А.А. Высказывание как предмет лингвистики, психолингвистики и теории коммуникации // Синтаксис текста. — Л., 1979; Его же: Понятие текста в современной лингвистике и психологии // Психолингвистическая и лингвистическая природа текста и особенности его восприятия. — Киев, 1979; Одинцов В.В. Стилистика текста. — М., 1980; Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. — М., 1981; Москальская О.И. Грамматика текста. — М., 1981; Ее же: Текст как явление культуры. — Новосибирск, 1981; Ее же: Аспекты общей и частной лингвистической теории текста. — М., 1982; Купина Н.А. Смысл художественного текста и аспекты лингво-смыслового анализа. — Красноярск, 1983; Новиков А.И. Семантика текста и ее формализация. — М., 1983; Дридзе Т.М. Текстовая деятельность в структуре социальной коммуникации. — М., 1984; Сорокин Ю.А. Психолингвистические аспекты изучения текста. — М., 1985; Торсуева И.Г. Текст как система // Структурно-семантические единицы текста: Сб. науч. тр. МГПИИЯ им. М. Тореза. Вып. 267. — М., 1986; Васильев С.А. Синтез смысла при создании и понимании текста. — Киев, 1988; Котюрова М.П. Об экстралингвистических основаниях смысловой структуры научного текста. — Красноярск, 1988; Шабес В.Я. Событие и текст. — М., 1989; Каменская О.Л. Текст и коммуникация. — М., 1990; Матвеева Т.В. Функциональные стили в аспекте текстовых категорий. — Свердловск, 1990; Мурзин Л.Н., Штерн А.С. Текст и его восприятие. — Свердловск, 1991; Баранов А.Г. Функционально-прагматическая концепция текста. — Ростов н/Д., 1993; Сиротинина О.Б. Тексты, текстоиды, дискурсы в зоне разговорной речи // Человек — текст — культура. — Екатеринбург, 1994; Ее же: Язык — система. Язык — текст. Язык — способность. — М., 1995; Кожина М.Н. Понятия «текст» и «целый текст» (в аспекте стилистики текста) // Очерки истории научного стиля русского литературного языка XVIII-XX вв. Т. II. Ч. 1. Стилистика научного текста (общие параметры). — Пермь, 1996; Шмелева Т.В. Текст сквозь призму метафоры тканья // Человек и текст: Сб. науч. тр. — Саратов, 1998; Болотнова Н.С. Основы теории текста. — Томск, 1999; Сидорова М.Ю. Грамматика художественного текста. — М., 2000; Баженова Е.А. Научный текст в аспекте политекстуальности. — Пермь, 2001; Борисова И.Н. Русский разговорный диалог: структура и динамика. — Екатеринбург, 2001; Залевская А.А. Текст и его понимание. — Тверь, 2001.

Е.А. Баженова, М.П. Котюрова

Данного слова нет в словаре. Выберете подходящий вариант ударения.

смы́слообразование

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

смысло́образование

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

смыслоо́бразование

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

смыслообра́зование

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

смыслообразо́вание

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

смыслообразова́ние

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

смыслообразовани́е

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

смыслообразование́

Слоги: смы-сло-об-ра-зо-ва-ни-е (для анализа), смыс-ло-об-ра-зо-ва-ние (для переноса).

• Синонимы в строку
• Синонимы таблицей
• Синонимы списком