Дети блокадного ленинграда синоним

О блокаде Ленинграда сказано много. На эту тему писали люди, которые жили и работали в осажденном городе, и те, кто в нем никогда не был. Но герои этих историй, как правило, взрослые. О детях и подростках упоминается вскользь. А ведь среди них были настоящие герои: теряя близких, умирая от голода и холода, они всячески пытались помочь взрослым: сбрасывали «зажигалки», строили баррикады, выслеживали немецких сигнальщиков, трудились на заводах.

Им в 43-м выдали медали и только в 45-м — паспорта

75 лет назад Ленинград бы освобожден от блокады, которая длилась почти 900 дней. В сентябре 1941 года в городе находилось около 400 тысяч детей. Немногие из них дожили до салюта, который был произведен 27 января 1944-го.

Юра Булатов, Лида Положенская, Тамара Немыгина, Миша Тихомиров и другие юные ленинградцы, чьи имена забыты, боролись за родной город наравне со взрослыми. Это о них писал Юрий Воронов, поэт, переживший блокаду Ленинграда:

Нам в сорок третьем выдали медали и только в сорок пятом — паспорта.

Михаил Сухачев

Начальник пионерского лагеря, где прошли последние дни детства Миши Сухачева, будущего летчика, педагога и писателя, уверял своих подопечных, что начавшаяся война будет короткой и совсем скоро завершится победой Красной армии. Он не лгал. Он в это верил, как верили в непобедимость советской армии миллионы жителей СССР.

До сентября 1941-го дети играли в войну — выслеживали вымышленных врагов, изображали из себя ловких разведчиков. С начала блокады игры закончились. Братья Миши Сухачева ушли на фронт. Он с матерью и сестрами остался в городе, который фашисты охватили обручами, чтобы туда, как они говорили, не проскочила и мышь. Впрочем, она и не могла проскочить… Совсем скоро в городе не осталось мышей.

Мать и сестры умирали. На улицах люди падали замертво. Смерть была повсюду, и она не шокировала даже детей. Миша и его друзья, истощенные, еле живые, находили в себе силы тушить зажигательные бомбы на чердаках, проверять светомаскировку, выслеживать диверсантов.

Почти все друзья Михаила Сухачева погибли. Он выжил чудом. Окончил военное училище, стал летчиком, дослужился до звания полковника, а выйдя на пенсию, занялся литературным творчеством. Одну из книг Сухачев посвятил юным защитникам Ленинграда.

Миша Тихомиров

Всему миру известен дневник Тани Савичевой. Но она была не единственным ребенком, который в те страшные дни вел записи. «В городе повысилась смертность. Гробы везут на саночках в большом количестве», — это из дневника Миши Тихомирова. Он писал обо всем, что происходит, ежедневно в течение пяти месяцев. Перерывы делал только во время болезни.

В сентябре 1941-го немецкая авиация начала засыпать Ленинград зажигательными бомбами. Пятнадцатилетний Миша возглавил противопожарное звено. По сигналу ребята занимали свои позиции на чердаках и крышах. После очередного пожара они увидели, что волосы у Миши стали белыми, словно припудренными известью. Но это была не известь, а седина.

Несмотря ни на что, дети продолжали учиться. Уроки проходили в бомбоубежище. В январе 1942 года Миша написал: «Трудно выдержать этот месяц, но нужно надеяться…». Это последняя запись в его дневнике. Миша Тихомиров погиб в марте 1942 года, во время артобстрела. В него попал осколок снаряда.

Балерины

Даже в дни блокады артисты давали концерты морякам — это нужно было для поднятия военного духа. Лида Положенская и Тамара Немыгина каждое воскресенье проходили долгий и опасный путь по замерзшей Неве к миноносцу «Строгий». Им было далеко до профессионалов — всего лишь ученицы балетной школы. Но лишь только завидев их, сигнальщик на мостике кричал: «Балерины пришли!», и матросы выбегали им навстречу.

Концерт был скромным: Лида пела, Тамара аккомпанировала ей на гармошке. А моряки слушали и понимали: если эти истощенные от голода девочки находят в себе силы прийти и выступить перед ними, то они должны победить врага во что бы то ни стало!

Юра Булатов

Юный ленинградец рыл окопы под Петергофом. Ученик седьмого класса трудился со взрослыми наравне. Спал по несколько часов в сутки где придется. Бывало и под открытым небом. Юре, как и сотням других детей блокады, пришлось совершать слишком много взрослых дел. О том, что детство прошло, он понял уже в начале войны.

В эвакуации

В конце ноября 1941 года начала действовать Дорога жизни. По этой ледовой трассе многих детей удалось отправить в эвакуацию. Они оказывались в безопасности, но обессиленные, ослабленные. Те, что были покрепче, трудились. В Ярославской области, куда были эвакуированы многие ленинградцы, дети работали в поле. Расстилали лен. Каждый стремился выполнить план — 12 соток.

Дети работали не только на себя. В одном из сел Тюменской области юным ленинградцам выделили дом, огород и даже корову. Они ловили рыбу, пололи грядки, собирали крапиву, из которой затем варили суп. А после отправлялись в госпиталь, где ухаживали за ранеными.

В 2010 году на острове Декабристов открыт памятник детям блокады. На его месте раньше была школа, большая часть учеников которой не дожила до освобождения города. Здесь в начале 50-х посадили яблони — в память о юных жителях блокадного Ленинграда.

Нашли нарушение? Пожаловаться на содержание

• О нас
• Словарь антонимов
• Словарь паронимов
• Словарь ударений
• Словарь морфологии
• Словари
• Регистрация
• Вход

Можно найти больше синонимов, нажимая на слова.

Частое повторение одинаковых слов (тавтология) делает речь скучной и однообразной. Спасти положение могут синонимы. Это слова, близкие по смыслу, но разные по звучанию. Используйте их, и ваши тексты станут ярче.

Если вам нужно подобрать синонимы к слову «блокада», вы попали по адресу. Мы постарались собрать все близкие по значению слова и словосочетания на этой странице и сделать доступными для использования. В русском языке в качестве синонимов к слову чаще всего используются: война, окружение, блокировка. Всего в словаре 11 синонимов.

Слово «блокада» имеет как синонимы, так и антонимы. Они диаметрально противоположны по значению, но относятся к той же лексической группе и выполняют похожие функции в предложении. Антонимы к слову: включение. Всего в словаре 1 антонима.

Если вы часто ищите, чем заменить слово, добавьте synonyms.su в закладки. Это поможет сэкономить время и силы, избежать нелепых ошибок.

Рейтинг слова «блокада» :
00

Страница обновлена: 27.07.2019

Другие слова на букву б

Синонимы к словам и словосочетаниям на букву:

• Средняя частота слова «блокада» 104. Количество букв: 7.
• Искалась форма слова «блокада»
• Поиск «блокада» занял 0.007 сек.
• Добавьте synonyms.su в закладки ( нажав Ctrl+D ), чтобы найти Синонимы.

Вверх ↑

Блокада Ленинграда, дети блокады…

Горем и ужасом на судьбах многих людей отпечаталась блокада Ленинграда. Дети блокады – это особая категория жителей этого города, которых обстоятельства лишили детства, заставили повзрослеть намного раньше и бороться за выживание на уровне взрослых и умудренных опытом людей. В момент замыкания блокадного кольца, помимо взрослых, в городе оставалось 400 тысяч детей разных возрастов.

Все жители города, выстоявшие и победившие смерть, по праву должны называться героями. Особенно героически вело себя большинство детей. Маленькие граждане большой страны не сидели и не ждали, когда же придет освобождение; они боролись за родной Ленинград. Практически ни одно событие в городе не проходило без участия детей. Дети наравне с взрослыми принимали участие в уничтожении зажигательных бомб, тушили пожары, очищали трамвайные пути и дороги, разбирали завалы после бомбежки. Дети блокады вынуждены были заменить возле заводских станков взрослых, которые погибли, умерли или ушли на фронт. Специально для детей, работавших на заводах, были придуманы и изготовлены специальные подставки из дерева, чтобы они могли, как взрослые, работать над изготовлением деталей для пулеметов, артиллерийских снарядов и автоматов. В сезон дети активно работали на огородах и совхозных полях. Во время налетов падали лицом в землю. Превозмогая жару, грязь, дождь и первые заморозки, юные герои блокадного Ленинграда собирали урожай. Дети часто посещали госпитали: убирали , развлекали раненых, помогали кормить тяжелобольных.

Взрослые не могли защитить детей от голода, холода, болезней и истощения, но для них делалось все возможное. Именно забота о детях придавала ленинградцам силы: их опекали, берегли, старались прятать от бомбежек, всесторонне заботились. Все понимали, что спасти детей можно только в случае сохранения города. Несмотря на ужасные, смертельно опасные условия жизни, ленинградцы с большим рвением и усердием старались, чтобы дети, оказавшиеся в заложниках холодного и голодного города, жили полноценной жизнью. И если еды и тепла не было где взять, то сделать праздник было возможно. Так, во время страшной зимы, когда была блокада Ленинграда, дети блокады отпраздновали Новый год. Решением исполкома Ленсовета были организованы и проведены новогодние праздники для маленьких жителей города. Все театры города приняли в этом активнейшее участие. Были составлены праздничные программы, в которые входили встречи с командирами и бойцами, художественные приветствия и, самое главное – обед. На этих праздниках было все, кроме игр и танцев. Все из-за того, что у ослабленных детей попросту не было сил на подобные развлечения. Дети совсем не веселились – они ждали еды. Праздничный обед состоял из маленького кусочка хлеба к дрожжевому супу, киселя и котлетки, сделанной из крупы. Число детских домов в городе неумолимо росло. За один год их количество выросло до цифры 98, а ведь в конце 1941 года было только 17. Около 40 тысяч сирот содержали и сохраняли в этих приютах.

Таня Савичева – сейчас это имя символизирует ужас и безнадежность, с которыми вынуждены были бороться жители города. Что тогда пережил Ленинград! Таня Савичева поведала миру эту трагическую историю через свои записи в дневнике.

Все жители города, выстоявшие и победившие смерть, по праву должны называться героями. Особенно героически вело себя большинство детей. Маленькие граждане большой страны не сидели и не ждали, когда же придет освобождение; они боролись за родной Ленинград. Несмотря на то что немцы всеми силами пытались уничтожить Ленинград, город жил. Жил и выстоял.

После снятия блокады 15 тысяч детей награждены медалями «За оборону Ленинграда».

Салмин Николай Анатольевич

В годы блокады Ленинград был не просто осажденным городом, жители которого пытались выжить вопреки голоду, холоду, бомбежкам и страданиям. Он превратился в целый обособленный мир с сильными и мужественными людьми, со своими порядками и, можно сказать, со своим языком. За 900 страшных дней и ночей в лексиконе ленинградцев появилось много слов, используемых для обозначения предметов блокадной жизни. SPB.AIF.RU вспомнил определения блокадного словаря, забытого после освобождения Ленинграда. 

Берклен

Из-за отсутствия табака в городе ленинградцы изготавливали его самостоятельно из подручных средств. Берклен – это курительная смесь из опавших березовых и кленовых листьев. Их просушивали, перемалывали и начиняли полученным порошком сигареты и папиросы.

Выковыренные

Выковыренными называли людей, вывезенных из блокадного Ленинграда в другие города. Такое название прижилось благодаря созвучности со словом «эвакуированные».

Граммики

Граммиками ленинградцы ласково называли свой ничтожный паек – 125 г хлеба в сутки на человека. Блокадный хлеб более чем на половину состоял из опилок, жмыха, целлюлозы и обойной пыли. Для большинства жителей осажденного Ленинграда этот хлеб был единственной пищей, и они съедали его, не теряя ни одной крошки.

Дистрофия Шротовна Щей-Безвырезовская

Даже под непрекращающимися артобстрелами в условиях страшного голода ленинградцы не теряли чувства юмора, что и помогало им выживать. Так дистрофию – истощение, которым страдал каждой второй житель города – очеловечили и придумали ей полное имя: Дистрофия Шротовна Щей-Безвырезовская. В то время шроты, измельченные и обезжиренные семена растений, служащие для корма животным, считались настоящим деликатесом, а о тарелке щей с говяжьей вырезкой оставалось только мечтать. 

Дуранда

В первый год блокады в ленинградских магазинах еще продавался жмых – спрессованные бруски отходов, оставшихся от производства муки. Такие куски жмыха называли дурандой. Ее распаривали в кастрюле до консистенции каши или же запекали, добавляя в лепешки из дуранды последние остатки сахара: получались своеобразные конфеты. В самую страшную и голодную первую блокадную зиму дуранда спасла жизни сотен тысяч ленинградцев.

Коридор смерти

В январе 1943 года жители блокадного Ленинграда всего за 17 дней проложили на левом берегу Невы 33 км железной дороги, соединявшей осажденный город со страной. Блокадники строили мост через Неву, пока фашисты обстреливали их с Синявинских высот. Из-за повышенной опасности работ сами ленинградцы назвали прокладываемую дорогу Коридором смерти. В результате по этой железной дороге в Ленинград доставлялось 75% всех грузов, а по Дороге жизни через Ладогу – лишь 25%. Один эшелон на железной дороге заменял полторы тысячи «полуторок». Однако к тому времени Дорога жизни была уже воспета, поэтому о Коридоре смерти с его страшным названием знали только ленинградцы.

Кровавый перекресток

Кровавым ленинградцы называли пересечение Невского проспекта и Садовой улицы. В годы блокады здесь располагалась трамвайная остановка, поэтому это место очень часто подвергалось вражеским обстрелам. В августе 1943 года на Кровавом перекрестке в результате фашистской бомбежки погибли одновременно 43 человека.

Крючки

Во время блокады истощенных детей-дистрофиков, находящихся на лечении в стационаре, называли крючками. Из-за сильной потери веса маленькие дети худели настолько, что походили на обтянутых кожей скелетов, а их позвоночники выдавались вперед, что и повлекло за собой подобное сравнение.

Пеленашки

Пеленашками ленинградцы называли обернутые в простыни трупы, перевозимые жителями блокадного Ленинграда на санках к месту захоронения. Эти простыни и тряпки заменяли умершим гробы.

Повалиха

Первое время в блокаду ленинградцы варили кашу из отрубей. Такая еда была совершенно безвкусной, некалорийной. Кашу называли «повалихой» — считалось, что после употребления ее в пищу человека сразу же клонило в сон.

Сладкая земля

В первые дни блокады Ленинграда немцы сбросили снаряд на продовольственные Бадаевские склады, где хранилось 3 тысячи тонн муки и 2,5 тысячи тонн сахара. В результате бомбежки склады полностью сгорели со всеми запасами. Истощенные ленинградцы ели землю, пропитанную расплавленным сахаром, и продавали «сладкую землю» за большие деньги.

Хрусталь

Понятие «хрусталь» появилось в первую суровую блокадную зиму и не имело никакого отношения к благородному виду стекла или сервизу. Этим словом называли промерзшие и окоченевшие трупы, которые лежали на улицах блокадного Ленинграда.

Чертов мост

Литейный мост всегда пользовался в городе на Неве дурной славой: при его возведении погибли десятки, а потом он стал местом притяжения самоубийц со всего города. Когда фашисты начали беспрерывно обстреливать Литейный мост из-за его близости к Дороге жизни, жители блокадного Ленинграда окончательно поверили в то, что мост проклят, и стали называть его Чертовым.

Хряпа

В годы блокады ленинградцы устроили своеобразный огород перед Исаакиевским собором: там они выращивали капусту. Правда, полноценные кочаны на площади не росли – выходили лишь отдельные зеленые листья, которые называли хряпой. В первую блокадную зиму хряпу солили и квасили, а во вторую – ели с постным маслом.

Долина смерти

Долиной смерти ленинградцы называли площадь Ленина и Финляндский вокзал. Именно отсюда начиналась знаменитая Дорога жизни, по которой в осажденный Ленинград доставлялось продовольствие и все необходимое для жизнеобеспечения города. Немцам было известно об этом, и они бомбили Финляндский вокзал практически круглосуточно. 

Смотрите также:

• «Свои — забыли». Штурмовавшего Рейхстаг в Германии чтут больше, чем в России →
• Блокадная микрожизнь. Под страхом смерти ленинградцы вели дневники →
• Блокада: в городе и на фронте →

Вступление

27 января – день воинской славы. День освобождения от блокады Ленинграда,  в которой осажденный город находился около 900 дней.

Видеофрагмент (гиперссылка)

Когда замкнулось блокадное кольцо, в Ленинграде оставалось помимо взрослого населения 400 тысяч детей – от младенцев до школьников и подростков.

          У них было особое, опаленное войной, блокадное детство.

 Они росли в условиях голода и холода, под свист и разрывы снарядов и бомб.

За свой недолгий путь земной

Узнал малыш из Ленинграда

Разрывы бомб, сирены вой

И слово страшное – блокада.

О них, о детях блокадного города, пойдет сегодня рассказ.

1.        Таня Савичева и ее дневник

В Музее истории Ленинграда (Санкт-Петербург), выставлен дневник 12-летней ленинградки  Тани Савичевой. Детская рука, теряющая силы от голода, писала неровно, скупо, фиксируя реальные факты своего бытия – трагические «визиты смерти» в родной дом. И когда читаешь это, цепенеешь…

   Таня  была младшей в семье, всеми любимой. Большие серые глаза под русой челкой, кофточка-матроска, чистый, звонкий «ангельский» голос.

Отец, Николай Родионович, рано умер, и мать крутилась юлой, чтобы поднять на ноги пятерых детей.

Лето 1941-го года Савичевы собирались провести в деревне, но уехать успел только Миша. Утро 22-го июня, принесшее войну, изменило планы. Сплоченная семья Савичевых решила остаться в Ленинграде, держаться вместе, помогать фронту. Мать шила обмундирование для бойцов. Лека (брат Тани), из-за плохого зрения, в армию не попал и работал строгальщиком на Адмиралтейском заводе, сестра Женя точила корпуса для мин, сестра Нина была мобилизована на оборонные работы. Василий и Алексей Савичевы, два дяди Тани, несли службу в ПВО.

Таня тоже не сидела сложа руки. Вместе с другими ребятами она помогала взрослым тушить «зажигалки», рыть траншеи.

   Однажды не вернулась с работы Нина. В этот день был сильный обстрел, дома беспокоились и ждали. Но когда прошли все сроки, мать отдала Тане, в память о сестре, ее маленькую записную книжку, в которой девочка и стала делать свои записи.

— «28 декабря 1941 года. Женя умерла в 12.30 утра 1941 года».

Сестра Женя умерла прямо на заводе. Работала по 2 смены, а потом еще сдавала кровь, и сил не хватило.

 Скоро отвезли на Пискаревское кладбище и бабушку – сердце не выдержало.

— «Бабушка умерла 25 января в 3 часа 1942 г.».

 В «Истории Адмиралтейского завода» есть такие строки: «Леонид Савичев работал очень старательно, хотя и был истощен. Однажды он не пришел на смену – в цех сообщили, что он умер…».

— «Лека умер 17 марта в 5 часов утра. 1942 г.».

Таня все чаще открывала свою записную книжку – один за другим ушли из жизни ее дяди, а потом и мама.

— «Дядя Вася умер 13 апреля в 2 часа ночи. 1942 год».

—  «Дядя Леша, 10 мая в 4 часа дня. 1942 год».

—  «Мама – 13 мая в 7 часов 30 минут утра. 1942 г.»

 Однажды девочка подведет страшный итог:

— «Савичевы умерли». «Умерли все». «Осталась одна Таня».

Таня так и не узнала, что не все Савичевы погибли, их род продолжается. Сестра Нина была спасена и вывезена в тыл. В 1945-м году она вернулась в родной город, в родной дом, и среди  голых стен, осколков и штукатурки нашла записную книжку с Таниными записями. Оправился после тяжелого ранения на фронте и брат Миша.

      Таню же, потерявшую сознание от голода, обнаружили служащие специальных санитарных команд, обходившие ленинградские дома. Жизнь едва теплилась в ней. Вместе со 140 другими истощенными голодом ленинградскими детьми девочку эвакуировали.  Врачи в течение 2-х лет сражались за жизнь юной ленинградки,  но гибельные процессы в ее организме оказались необратимыми.

1 июля 1944 года Таня Савичева скончалась. Ее похоронили на поселковом кладбище, где она и покоится под мраморным надгробием. Рядом – стела с барельефом девочки и страничками из ее дневника. Танины записи вырезаны и на сером камне памятника «Цветок жизни», под Санкт-Петербургом, на 3-ем километре  блокадной «Дороги Жизни».

Таня Савичева родилась 25 января, в день поминовения святой мученицы Татьяны. Оставшиеся  в живых Савичевы, их дети и внуки, обязательно собираются за общим столом и поют «Балладу о Тане Савичевой» (композитор Е. Дога, слова В. Гина), которая впервые прозвучала на концерте народной артистки Эдиты Пьехи: «Таня, Таня… твое имя – как набат на всех наречьях…»

Песня (гиперссылка)

2.  Учеба юных ленинградцев.

 Несмотря на суровую обстановку фронтового города, Ленинградский городской комитет партии и Городской Совет депутатов трудящихся приняли решение продолжать обучение детей.

     В конце октября 1941 г. 60 тыс. школьников 1-4 классов приступили к учебным занятиям в бомбоубежищах школ и домохозяйств, а с 3 ноября в 103 школах Ленинграда за парты сели еще более 30 тыс. учащихся 1-4 классов.

Ученики шатались от голода. У всех была общая болезнь — дистрофия. А к ней еще прибавилась и цинга. Кровоточили десны. Качались зубы. Ученики умирали не только дома, на улице, по дороге в школу, но, случалось и прямо в классе.

Девочка руки протянула
Уснула,
А оказалось — умерла..
Никто не обронил ни слова,
Лишь хрипло, сквозь метельный стон,
Учитель выдавил, что снова
Уроки после похорон (Ю. Воронов)

Занятия проходили в необычной обстановке. Нередко во время урока раздавался вой сирены, возвещавшей об очередной бомбежке или артобстреле. Ученики быстро и организованно спускались в бомбоубежище, где занятия продолжались. Учителя имели два плана уроков на день: один для работы в нормальных условиях, другой – на случай артобстрела или бомбежки. Обучение проходило по сокращенному учебному плану, в который были включены только основные предметы.

Каждый учитель стремился проводить занятия с учащимися как можно доступнее, интереснее, содержательнее. «К урокам готовлюсь по-новому, – писала осенью 1941 г. в своем дневнике учительница истории 239-й школы К.В. Ползикова – Ничего лишнего, скупой ясный рассказ. Детям трудно готовить уроки дома; значит, нужно помочь им в классе. Не ведем никаких записей в тетрадях: это тяжело. Но рассказывать надо интересно. Ох, как это надо! У детей столько тяжелого на душе, столько тревог, что слушать тусклую речь не будут. И показать им, как тебе трудно, тоже нельзя».

   Учиться в жестоких условиях зимы стало подвигом. Учителя и ученики сами добывали топливо, возили на санках воду, следили за чистотой в школе. В школах стало необычайно тихо, дети перестали бегать и шуметь на переменах, их бледные и изможденные лица говорили о тяжких страданиях. Урок продолжался 20-25 мин.: больше не выдерживали ни учителя, ни школьники. Записей не вели, так как в не отапливаемых классах мерзли не только худые детские ручонки, но и замерзали чернила. Рассказывая об этом незабываемом времени, ученики 7-го класса 148-й школы писали в своем коллективном дневнике: «Температура 2-3 градуса ниже нуля. Тусклый зим-ний, свет робко пробивается сквозь единственное небольшое стекло в единственном окне. Ученики жмутся к раскрытой дверке печурки, ежатся от холода, который резкой морозной струей рвется из-под щелей дверей, пробегает по всему телу. Настойчивый и злой ветер гонит дым обратно, с улицы через примитивный дымоход прямо в комнату… Глаза слезятся, читать тяжело, а писать совершенно невозможно. Мы сидим в пальто, в галошах, в перчатках и даже в головных уборах… »

Учеников, продолжавших заниматься в суровую зиму 1941-1942 г., с уважением называли «зимовщиками».

Из воспоминаний: Никогда не забуду первый день учебы. Детей собрали в классе на втором этаже. Вошла учительница. Меня поразила ее худоба. Ее звали Татьяна Федоровна Бладасова. Она рассадила нас по партам: меня с белокурой девчушкой, Наташей Васильевой. С этой Натальей я дружу и теперь. Тяжело было учиться зимой и весной 1942 года. Было очень холодно. Сидели в пальто и рукавицах. Чернила иногда замерзали в чернильницах. Не все ребята доучились до конца учебного года.

Однажды, как всегда, Татьяна Федоровна построила нас парами, вывела в раздевалку. Я быстро оделась и выбежала на улицу. Когда вбегала в парадную,  раздался оглушительный взрыв: разорвался снаряд напротив нашей школы. Он разорвался до оповещения населения об артиллерийском налете. Из нашего класса двух мальчиков убило сразу, а Доре Бинимовой оторвало ногу.

Обстрелы велись целенаправленно. Снаряды рвались там, где находились школы, трамвайные остановки (когда пошли в 1942 году трамваи), госпитали, заводы.

Наши занятия часто прерывались воздушными, тревогами, артобстрелами. При возду-шной тревоге нас коридорами школы выводили в бомбоубежище, в Толстовский дом. Там мы сидели иногда по нескольку часов при свете ламп. Татьяна Федоровна нам много рассказывала, старалась ободрить ребят. Как многому она нас научила! Сколько красивых хороводов мы с ней выучили. Недаром, после окончания первого класса, в нашем классе было 18 отличников. Надо отметить, что у всех был красивый почерк. За хорошую учебу она нам даже выдавала премии – тетради, которых не было нигде. Писали на том, кто, что мог достать. До сих пор у нас хранится обыкновенная морская ракушка, подаренная мне за отличную учебу в 1 классе. В первый год в школе работали только 4 класса – с 1-го по 4-ый.

Тридцать девять ленинградских школ работали без перерыва даже в самые тяжёлые зимние дни. Это было невероятно трудно из-за морозов и голода. Вот что было написано в отчете одной из таких школ — 251-й Октябрьского района: — «Из двухсот двадцати учащихся пришедших в школу третьего ноября, систематически продолжали занятия 55. Это одна четвёртая часть. Недостаток питания сказывался на всех. В декабре — январе умерло одиннадцать мальчиков. Остальные мальчики лежали и не могли посещать школу. Остались только девочки, но и те еле ходили”.

 Учеба стала главным подвигом юных жителей Ленинграда

3. Новогодние праздники.

В разгар самой первой страшной зимы Исполком Ленсовета и горком парка организовали для детей  новогодние ёлки .

Для младших – по месту жительства, для старших (7-10 кл) —  в трех театрах города: театра драмы им. Пушкина, Большом драматическом и Малом оперном театрах. Сюрпризом было то, что во всех театрах было электрическое освещение. Играли духовые оркестры. В театре драмы  им. Пушкина был дан спектакль  «Дворянское гнездо»,  в Большом драматическом – «Три мушкетера». В Малом оперном театре праздник открылся спектаклем «Овод».

 Вот программа праздника для младших школьников:

“Художественная часть.

Встреча с бойцами и командирами.

Танцы и игры у ёлки.

Обед”.

Все было выполнено кроме танцев и игр. На них у истощенных детей не хватило сил Они не смеялись, не шалили – ждали обеда, Он состоял из дрожжевого супа с кусочком хлеба, котлетки из крупы или из шротов и киселя.

Дети ели медленно и сосредоточенно, не теряя ни крошки. Они знали цену хлеба.

Наступил 1942 г. В школах, где не прекращались занятия, были объявлены каникулы. И в незабываемые январские дни, когда всё взрослое население города голодало, в школах, театрах, концертных залах для детей были организованы новогодние елки с подарками и сытным обедом. Для маленьких ленинградцев это было настоящим большим праздником.

Одна из учениц писала об этой новогодней елке: «6 января. Сегодня была елка, и какая великолепная! Правда, я почти не слушала пьесы: все думала об обеде. Обед был замечательный. Дети ели медленно и сосредоточенно, не теряя ни крошки. Они знали цену хлебу, на обед дали суп-лапшу, кашу, хлеб и желе, все были очень довольны. Эта елка надолго останется в памяти».

Была такая елка и у папы на заводе. Я уже не помню, как там веселились, но потом нас повели в заводскую столовую, угостили лимонадом, и в подарок дали кулечек семечек.

 Были и новогодние подарки, о них так вспоминал участник блокады  П.П. Данилов: «Из содержимого подарка мне запомнились конфеты из льняного жмыха, пряник и 2 мандарина. По тому времени это было очень хорошее угощение».

4. Голод и холод

 В начале сентября 1941 года  кольцо города было замкнуто. Буквально с первых дней блокады были введены продовольственные карточки. Сначала распределение норм по карточкам было вполне достаточно, но нормы стали быстро снижаться, так, со 2-го сентября по 20 ноября 1941 года нормы хлеба были снижены в 5 раз.         Иждивенцы стали получать по 125 грамм хлеба. Да и какой это был хлеб…

 В одном из воспоминаний о хлебопекарне того времени найден   состав этого хлеба:

Целлюлоза – 25%

 Шроты (выжимки из молотой сои) – 20%

 Мука ячневая – 5%

 Солод – 10%

 Жмых – (при наличии заменял целлюлозу)

 Отруби – ( при наличии заменяли шроты)

 И только 40% – ржаная мука.

В булочные, где выдавался ежедневный паёк, были огромные очереди

Твоя душа взметнулась в небо,

Голодное покинув тело.

А мать несла краюшку хлеба

Тебе, сынок… Да не успела…

Из воспоминаний:

-Запомнилось, как в соседней квартире умерла вся семья, поскольку женщина потеряла хлебные карточки. Всю зиму трупы пролежали в холодной квартире и только весной их стали вывозить. Был случай, когда из соседнего крыла дома пропала четырехлетняя девочка, которую все искали. А потом ее мама случайно увидела, как в одной из квартир заткнуто окно дочкиным пальтишком. Когда патруль попал в квартиру, под кроватью обнаружили таз с мясом. И это был не единичный случай.

— У младшего брата из-за постоянного недоедания отнялись ноги. Мама позднее рассказывала, что самое страшное для нее было слышать от нас: «Хочу есть».

-Больно было видеть  в детском доме детей за столом, как они ели. Суп они ели в два приема: вначале бульон, а потом все содержимое супа.

-Кашу и кисель они намазывали на хлеб. Хлеб крошили на микроскопические кусочки и прятали их в спичечные коробки. Хлеб дети могли оставлять как самую лакомую пищу и есть его после третьего блюда и наслаждались тем, что кусочек хлеба ели часами, рассматривая этот кусочек, словно какую-нибудь диковину. Никакие убеждения, ника-кие обещания не влияли на детей до тех пор, пока они не окрепли.

-Очень хорошо помню самый страшный налет, 8 сентября. Впервые рвались в городе бомбы. В этот день немцы разбомбили Бадаевские склады – самые большие склады продовольствия города. Долго полыхал огонь и в воздухе висел черный дым. Говорили, что сахар там плавился и пропитал землю. В самое страшное время голода люди ходили на место Бадаевских складов, собирали землю. Она была сладкой. Эту землю варили. Получалась сладкая жженая патока. Собирала эту землю и мама.

-Есть было нечего, стояла суровая снежная зима. Мама с другими женщинами ходила на передовую, где из-под снега выкапывала мороженые капустные листья и кочерыжки. Зачастую это происходило под пулеметным огнем немцев.

-Очередь за детской присыпкой. На упаковке порошка написано: крахмал 0,02 %. Люди покупали эту присыпку и пекли из нее оладьи.

-Рацион наш состоял: утром – из маленького кусочка хлеба, кипятка и крохотной щепотки соли, в обед на первое – подсоленный кипяток с брошенными  в него крошками хлеба, на второе – желе из столярного клея.

-Ели всё, от плиток столярного клея до кожаных подметок обуви, варили «бульон» с содранных со стен обоев. На моих глазах на Кировском проспекте, обессилев, упала лошадь. Прохожие тут же разорвали ее на части, многие ели сырое мясо тут же, над кровавыми останками животного.

-Всех кошек в городе съели.

-На улицах продавали котлеты из человеческого мяса, синего цвета, их отличали. Кто наедался, тот умирал. Варили холодец из ремней. Однажды ела собаку.

 -Дров было мало. Большую печку теперь не топили. Однажды папа принес железную печку, «буржуйку», трубы вставили в дымоход большой печки. «Буржуйка» заменила нам плиту, и примус с керосинкой, и печь – давала какое-то тепло в комнате.

-Однажды погас свет, как оказалось, погас надолго. Электроэнергия давалась только на предприятия, работающие для фронта. В доме появилась маленькая баночка с фитильком – коптилка, с которой мы прожили все блокадные дни и вечера.

-У многих началась цинга, и тогда появился отвар хвои – страшно противной на вкус.

 -Зимой 1941-1942 гг город сковала лютая стужа. Ленинградцы жили в неотапливаемых комнатах с заделанными картоном окнами, потому что стекла были выбиты взрывной волной. Тускло светила коптилка. За водой ходили туда, где она еще текла, даже на другие улицы, где пробивало где-нибудь трубу. Так, много раз ездили на саночках на Литейный. А когда  замерзли водопровод и канализация приходилось  ходить на набережную Невы, с трудом спускаться на лед, брать воду в замерзающих прорубях, а потом под обстрелом доставлять ее домой.

Склонившись под мглой снеговою,
Девчонка с ведерком пустым

Чуть движется… А за Невою
Клубится  пожарища дым.

А там, меж сугробов горбатых,

Где трудно и взрослым шагать,

На саночках узких ребята

Везут свою мертвую мать…

Но ленинградцы выстояли, хотя победа досталась очень   дорогой  ценой.

От голода и холода  погибло 2 миллиона человек.

Неугасима память поколений.
И память тех, кого так свято чтим,
Давайте, люди, встанем на мгновенье
И в скорби постоим и помолчим (В. Суслов)

Минута молчания

5.Труд школьников

 21 октября 1941 года молодежная газета «Смена» опубликовала наказ Ленинградского обкома и горкома ВЛКСМ «К пионерам и школьникам Ленинграда» с призывом быть активными участниками обороны Ленинграда.

Делами ответили юные ленинградцы на этот призыв. Они вместе с взрослыми рыли окопы, проверяли светомаскировку в жилых домах, обходили квартиры и собирали цветной металлолом, необходимый для изготовления патронов и снарядов. Ленинградские заводы получили тонны цветного и черного металла, собранного школьниками.

Ленинградские ученые придумали горючую смесь для поджога вражеских танков. Для изготовления гранат с этой смесью потребовались бутылки. Школьники собрали за одну лишь неделю более миллиона бутылок.

Пионеры разносили почту по домам. Когда во дворе звучал горн, надо было спускаться за письмом. Чинили белье для раненых. Помогали одиноким, больным людям, старикам и детям, семьям бойцов Красной армии: пилили дрова и носили воду, топили печки – времянки, выкупали  хлеб по карточкам. Ребята обходили квартиры и, обнаружив ослабевших, тяжело  больных людей, доставляли их на санках в больницы, а осиротевших детей – в детские дома.  

Расчистка чердаков, борьба с «зажигалками», тушение пожаров, разборка завалов, очистка города от снега, уход за ранеными, выращивание овощей и картофеля, работа по выпуску оружия и боеприпасов – всюду действовали детские руки.

Надвигались холода. Ленинградцы приступили к сбору теплых вещей для воинов Советской Армии. Им помогали и ребята. Девочки постарше вязали варежки, носки и свитера для фронтовиков. Сотни сердечных писем и посылок от школьников с теплыми вещами, мылом, носовыми платками, карандашами, блокнотами получили бойцы.

Многие школы были переоборудованы в госпитали. Ученики этих школ обходили близлежащие дома и собирали для госпиталей столовую посуду, книги. Дежурили в госпиталях, читали раненым газеты и книги, писали им письма домой, помогали врачам и медсестрам, мыли полы и убирали палаты. Чтобы поднять настроение раненых бойцов выступали перед ними с концертами.

Из воспоминаний: В госпиталях было много раненых, и нас, школьников, возили выступать с концертами. Пели, читали стихи, танцевали. Я пела песню в паре с одноклассницей Майей Красновой «С далекой я заставы, где в зелени дом и скамья…». В большом зале раненые, сидячие и лежачие, слушали нас, в их глазах было столько добра. Ведь у многих из них дома оставались такие же дети.

В другой госпиталь я ходила с мамой раздавать подарки, собранные жильцами домов нашего двора».

Детский танцевальный ансамбль А.Е. Обранта — особая пронзительная нота блокадного города. В первую зиму блокады Ленинграда много детей было эвакуировано, но несмотря на это по разным причинам в городе оставалось ещё много детей. Дворец пионеров, расположенный в знаменитом Аничковом дворце, с началом войны перешёл на военное положение. Надо сказать, что за 3 года до начала войны на базе Дворца пионеров был создан Ансамбль песни и танца. В конце первой блокадной зимы оставшиеся педагоги пытались найти в осаждённом городе своих воспитанников, и из оставшихся в городе ребят балетмейстер А.Е.Обрант создал танцевальный коллектив. Страшно даже представить себе и сопоставить страшные блокадные дни и довоенные танцы! Но тем не менее ансамбль родился. Сначала ребят пришлось восстанавливать от истощения, только потом они смогли приступить к репетициям. Однако уже в марте 1942 года состоялось первое выступление коллектива. Бойцы, успевшие повидать многое, не могли сдержать слёз, глядя на этих мужественных детей. Помните, сколько длилась блокада Ленинграда? Так вот за это немалое время ансамбль дал около 3000 концертов. Где только не пришлось выступать ребятам: часто концерты приходилось заканчивать в бомбоубежище, так как по несколько раз за вечер выступления прерывались воздушными тревогами, бывало, юные танцоры выступали в нескольких километрах от передовой, а чтобы не привлекать врага лишним шумом, танцевали без музыки, а полы застилали сеном. Сильные духом, они поддерживали и вдохновляли наших солдат, вклад этого коллектива в освобождение города трудно переоценить.

Наравне с взрослыми школьники, дежуря на чердаках и крышах домов, гасили зажигательные бомбы и возникшие пожары. Их называли «часовыми ленинградских крыш».

В помощь нашим чекистам были созданы специальные комсомольско-пионерские группы разведчиков и связистов. Во время воздушных налетов они выслеживали вражеских агентов, которые с помощью ракет показывали немецким летчикам цели для бомбометания. Такого агента обнаружили на улице Дзержинского ученики 6-го класса Петя Семенов и Алеша Виноградов. Благодаря ребятам чекисты его задержали.

Весной 1942 года в опустевшие, обезлюдевшие цехи предприятий пришли тысячи детей и подростков. В 12-15 лет они становились станочниками и сборщиками, выпускали автоматы и пулеметы, артиллерийские и реактивные снаряды. Чтобы они могли работать за станками и сборочными верстаками, для них изготавливали деревянные подставки.

Когда в канун прорыва блокады на предприятия стали приезжать делегации из фронтовых частей, бывалые солдаты глотали слезы, глядя на рабочие плакаты над рабочими местами мальчишек и девчонок. Там было написано их руками: «Не уйду, пока не выполню норму!”

22 декабря 1942 года была учреждена медаль «За оборону Ленинграда». 15249 юных ленинградцев были ею награждены

Заключение.

«Слава и тебе, великий город,

Сливший воедино фронт и тыл.

В небывалых трудностях который

Выстоял. Сражался. Победил»

Видеосюжет